Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти - Страница 161


К оглавлению

161

— Нажмите на ручку, — посоветовал Алва.

И как он сам не догадался! Дверь оказалась тяжеленной, но это был ее единственный недостаток. Луч от фонаря погладил здоровенную кучу какого-то хлама, не доходившую, впрочем, до стены. Самый обычный подвал самого обычного городского дома.

— Идите вдоль стены, — вновь подал голос маршал, — там будет еще одна дверца, эта запирается на обычный засов, за ней — потайная лестница и дверь с леопардовыми мордами... Надавите той, что справа, на оба глаза и потяните кольцо на себя. Там ключи... Дальше просто.

Леопарды, подражая львам, сжимали в пастях бронзовые кольца. Дик едва успел подхватить связку ключей — самый большой был от первой двери.

— Эр Рокэ, — Дик упорно продолжал шептать, хотя в выстывшем доме явно никого не было, — куда теперь?

— Правые комнаты выходят окнами на улицу, левые — во внутренний двор. В них и будем жить... Дальняя была спальней. 

Дальняя комната как была спальней, так и осталась. Хорошо смазанный замок открылся без звука, пахнуло теперь ненавистными гиацинтами. Рокэ, держась за стену, подошел к камину и почти упал на золотистую гривастую шкуру.

— Гляньте в окно. Думаю, давно стемнело...

Дикон глянул в щелку между ставнями и кивнул, хотя собеседник и не мог это видеть.

— Совсем ночь.

— До утра мы не дотянем. Затопи. Дрова или в ящике у камина, или придется спуститься.

Спускаться не пришлось. Вдова из провинции не зря получала свои таллы. Тяжелый, окованный медью ящик был набит поленьями, в растопочной корзинке лежали еловые шишки и лучина, а сверху — огниво и трут. Разжечь камин труда не составило.

Войдя во вкус, Дикон занялся свечами. Рокэ свет был без надобности, но юноша с недавнего времени темноту не любил. На каминной полке стояли два подсвечника. Еще один красовался на столике у кровати. Дик решил зажечь и его. Одна свеча упала на пол, Ричард нагнулся, чтоб ее поднять, и едва удержался от крика. По светлому дереву тянулась цепочка кровавых следов... Как в «Плясунье-монахине»! Убийца не должен приходить в дом убитого, тем более в ночь убийства, а он пришел и привел Рокэ. Привел к Катари!

— Ричард?

Окделл обернулся к Рокэ, и ужас сменился стыдом. Никакой Катарины здесь не было и не могло быть, он испугался детских сказок, а вот кровь была. Кровь Ворона, сбившего ноги в проклятом туннеле, а он даже не подумал взглянуть. Еще бы, ведь Алва не жаловался...

— Эр... Что у вас с ногами?

— Пустяки. Не сказал бы, что здесь жарко...

Он бы не сказал! Легкая туника, летний плащ и несколько часов среди выстывшего злого камня! Дику в дорожном платье и то было холодно, что уж говорить про маршала, а ведь он — южанин. Счастье, что огонь разгорелся как следует, а вино он отыщет или сбегает в какой-нибудь трактир. Деньги есть. Как хорошо, что эр заставил его взять золото...

— Не суетитесь, юноша, — Рокэ била дрожь, губы были совсем белыми, но он улыбался, — лучше поищите в буфетной вино. Из дома сейчас лучше не выходить... Мне кажется, по ночам в Олларии сейчас мало кто гуляет.

Алва прикрыл глаза ладонями и замолчал, а Дикон бросился на поиски вина. Ему повезло — в буфетной нашлась дюжина запечатанных бутылок и, чему юноша несказанно обрадовался, пузатый полупрозрачный кувшин, в котором явно хранилась касера. Мерзкий напиток, но сейчас он лучше вина.

— Я нашел! И «Кровь», и касеру...

— Это даже лучше. Налейте мне и выпейте сами... Не помешает.

Дик выпил. Он тоже замерз, и сильно, только не сразу это понял. Святой Алан, неужели все случилось сегодня?! Катарина, Рокэ, Дорога Королев, пустой дом... Этого не может быть! Он не мог убить свою королеву! Вернее, королева не могла быть такой, это сон или бред... Сон? Ричард повернул ставшую вдруг страшно тяжелой голову. Ничто никуда не исчезло — чужой пляшущий огонь, Алва, так и не удосужившийся перебраться в кресло, два алатских бокала. Значит, было и все остальное... Обрушившийся перед мордой Соны мост, страх за Катари, скачка в Кабитэлу, алый бархатный занавес и правда! Правда, на которую мог быть лишь один ответ. Тот же, что был у святого Алана.

— Вы не пытались убить Алву, вы прикрывали себя... — Он не запомнил этих ее слов, он их даже не расслышал, а они изъязвили память, будто дурная болезнь. — Вы устроили покушение — ничего не вышло... Вы могли бежать, но осели в Эпинэ и принялись готовить бунт. Обреченный на пораженье, но этого вы и добивались. Вы бы не смогли оставаться в Талиге, и вашим хозяевам пришлось бы с этим смириться. Более того, вас не рискнули бы убить и не бросили бы без средств, чтобы не оттолкнуть тех, кто стал бы грызть наши мешки после вас. Вас бы кормили отборным зерном...

Неужели этот голос будет преследовать его вечно? «Талигойская святая»... Теперь Дикон понимал, почему Эпинэ не узнал кольцо — это был перстень Ариго!

— Рокэ испытывает к Валентину вполне объяснимое уважение. Достойный выбор, когда вы один, а тех, кто готов... налить вам вина... множество!

Змея жалила даже из Заката. Пусть Придды рождаются с предательством в крови, Катари превращала в предательство и честь, и верность, и любовь...

— Юноша, если вы собрались спать, пожелайте хотя бы спокойной ночи.

— Я... Я не сплю!

Королева мертва, а Рокэ опять отогнал от бывшего оруженосца волка. Призрачного, но от этого лишь более страшного. Дик осторожно, словно Алва мог заметить, взглянул на протянувшего руки к огню кэналлийца. Касера помогла, во всяком случае, дрожь Алву уже не била, да и губы стали поярче. Дикон тихонько сел на шкуру рядом с маршалом. Он ничего не говорил, но слух у Алвы был, как у кошки. Узкая рука легла юноше на плечо.

161